Gunga Din

Ганга Дин

Joseph Rudyard Kipling

Джозеф Редьярд Киплинг

В переводе Шараповой Аллы Всеволодовны

Joseph Rudyard Kipling – Джозеф Редьярд Киплинг
30 декабря 1865 года – 18 января 1936 года

Gunga Din
From «Barrack-Room Ballads»
Ганга Дин
Из сборника «Казарменные баллады»
You may talk o' gin and beer
When you're quartered safe out 'ere,
An' you're sent to penny-fights an' Aldershot it;
But when it comes to slaughter
You will do your work on water,
An' you'll lick the bloomin' boots of 'im that's got it.
Now in Injia's sunny clime,
Where I used to spend my time
A-servin' of 'Er Majesty the Queen,
Of all them blackfaced crew
The finest man I knew
Was our regimental bhisti, Gunga Din.
Говори про джин, про эль
Там, за тридевять земель,
Где бои в неделю раз, как в Ундершоте.
Ну, а раз попал сюда,
Знай: всего ценней вода,
Кто сумел ее добыть, тот и в почете.
В Индии стоял наш полк –
Королевской службы долг,
И скажу как на духу вам: ни один
Из подвластных нам людей
Не был лучше и добрей,
Чем приставленный к нам bhisti Ганга Дин.
        He was "Din! Din! Din!
    You limpin' lump o' brick-dust, Gunga Din!
        Hi! slippy hitherao!
        Water, get it!  Panee lao![1]
    You squidgy-nosed old idol, Gunga Din."
        Он был: «Дин! Дин! Дин!
    Мешок с кирпичной пылью Ганга Дин!
        Эй, живее, торопись!
        Лей сюда и не скупись!
    Ты, крючконосый идол Ганга Дин!»
The uniform 'e wore
Was nothin' much before,
An' rather less than 'arf o' that be'ind,
For a piece o' twisty rag
An' a goatskin water-bag
Was all the field-equipment 'e could find.
When the sweatin' troop-train lay
In a sidin' through the day,
Where the 'eat would make your bloomin' eyebrows crawl,
We shouted "Harry By!"[2]
Till our throats were bricky-dry,
Then we wopped 'im 'cause 'e couldn't serve us all.
Рубахи я на нем
Не видел днем с огнем:
Передник спереди
И задник сзади.
С козлиным бурдюком
Шагал он за полком –
Иной ему не полагалось клади.
... Поезд сутки на путях,
Потом весь вагон пропах,
И таращатся на лоб глаза от жара,
Только ссохшиеся рты
Как один вопят: «Эй ты!»
И на спину Ганги сыплются удары.
        It was "Din! Din! Din!
    You 'eathen, where the mischief 'ave you been?
        You put some juldee[3] in it
        Or I'll marrow[4] you this minute
    If you don't fill up my helmet, Gunga Din!"
        Он был: «Дин! Дин! Дин!
    Язычник подлый, пропади и сгинь!
        Где ты есть? Я пить хочу.
        До смерти исколочу,
    Коль не наполнишь каску, Ганга Дин!»
'E would dot an' carry one
Till the longest day was done;
An' 'e didn't seem to know the use o' fear.
If we charged or broke or cut,
You could bet your bloomin' nut,
'E'd be waitin' fifty paces right flank rear.
With 'is mussick[5] on 'is back,
'E would skip with our attack,
An' watch us till the bugles made "Retire",
An' for all 'is dirty 'ide
'E was white, clear white, inside
When 'e went to tend the wounded under fire!
Так от каждого в полку
Схватит он по тумаку,
Но не чувствовал ни страха он, ни боли.
Бей, гони его, суди –
А уж через час, гляди,
Вот он, в нескольких шагах и ждет нас в поле.
Чуть скомандовали: «В бой!»,
Ганга тут как тут с водой...
Помню, трубы отступленье протрубили,
Он ползет – в крови, как мел,
Как моя палатка бел!
Крови не было уж в нем, а силы были.
        It was "Din! Din! Din!"
    With the bullets kickin' dust-spots on the green.        
        When the cartridges ran out,
        You could hear the front-files shout,
    "Hi! ammunition-mules an' Gunga Din!"
        Он был: «Дин! Дин! Дин!
    Ха! Живой еще, в повозку его кинь!»
        И пока его везли,
        Крики слышались вдали:
    «Мул патроны нам везет и Гангу Дин!»
I shan't forgit the night
When I dropped be'ind the fight
With a bullet where my belt-plate should 'a' been.
I was chokin' mad with thirst,
An' the man that spied me first
Was our good old grinnin', gruntin' Gunga Din.
'E lifted up my 'ead,
An' he plugged me where I bled,
An' 'e guv me 'arf-a-pint o' water-green:
It was crawlin' and it stunk,
But of all the drinks I've drunk,
I'm gratefullest to one from Gunga Din.
Сколько лет ни буду жить,
Эту ночь мне не забыть.
Был я ранен – боль такая, лучше сгинь!
Неоткуда взять питья,
Но живой остался я,
Спас меня язычник подлый Ганга Дин.
Помню, как перевязал,
За голову тихо взял –
Что ты влил в меня, разэтакий ты сын?
Зелень, червяки кишат...
Но сто раз спасибо, брат!
Весь бурдюк опорожнил я, Ганга Дин!
        It was "Din! Din! Din!
    'Ere's a beggar with a bullet through 'is spleen;
        'E's chawin' up the ground,
        An' 'e's kickin' all around:
    For Gawd's sake git the water, Gunga Din!"
        Он был: «Дин! Дин! Дин!
    Там вон с пулей в селезенке господин.
        Вишь, грызет песок зубами,
        Как дитя, сучит ногами?
    Принеси ему напиться, Ганга Дин!»
'E carried me away
To where a dooli lay,
An' a bullet come an' drilled the beggar clean.
'E put me safe inside,
An' just before 'e died,
"I 'ope you liked your drink", sez Gunga Din.
So I'll meet 'im later on
At the place where 'e is gone —
Where it's always double drill and no canteen;
'E'll be squattin' on the coals
Givin' drink to poor damned souls,
An' I'll get a swig in hell from Gunga Din!
К месту, где стоял наш dooli,
Он принес меня, но пули
Зазвенели в мертвом воздухе: «Дзынь! Дзынь!»
Вздрогнул он... «Ну как, попили?» -
Губы лишь проговорили.
Положил меня – и умер Ганга Дин.
Ждет нас впереди свиданье
Там, где все равны в страданье
И воды не получает ни один.
Но по углям раскаленным
Ты к моим губам сожженным
Принесешь глоточек влаги, Ганга Дин!
        Yes, Din! Din! Din!
    You Lazarushian-leather Gunga Din!
        Though I've belted you and flayed you,
        By the livin' Gawd that made you,
    You're a better man than I am, Gunga Din!
        Да, Дин, Дин, Дин!
    Прокаженная ты шкура, Ганга Дин.
        Помнишь, как тебя терзал я,
        Но уже в ту пору знал я –
    Ты меня намного выше, Ганга Дин!
  1.Bring water swiftly.
  2.Mr Atkins' equivalent for "O Brother."
  3.Be quick.
  4.Hit you.
  5.Water skin.
Шарапова Алла Всеволодовна

Поиск по сайту