Navigation

Яндекс.Метрика

The Jolly Beggars: A Cantata

Веселые нищие.Кантата.

Robert Burns


Роберт Бёрнс

В переводе Вейнберга Петра Исаевича

Robert Burns - Роберт Бёрнс
25 января 1759 – 21 июля 1796

The Jolly Beggars:
A Cantata (1785)
Веселые нищие
Кантата

Recitativo

Речитатив

 When lyart leaves bestrow the yird,
 Or wavering like the bauckie-bird,
     Bedim cauld Boreas' blast;
 When hailstanes drive wi' bitter skyte,
 And infant frosts begin to bite,
     In hoary cranreuch drest;
 Ae night at e'en a merry core
     O' randie, gangrel bodies,
 In Poosie-Nansie's held the splore,
     To drink their orra duddies;
         Wi' quaffing an' laughing,
             They ranted an' they sang,
         Wi' jumping an' thumping,
             The vera girdle rang,
 Уж листья желтые с ветвей
 Летят на землю, и Борей
 Деревья голые качает;
 Луга одел покров седой,
 И уж морозец молодой
    Порядочно кусает.
 Вот в эту пору вечерком
 Кружок веселой братьи нищей
 Собрался к Пузи Нанси в дом
 Попировать за скудной пищей
    И весело пропить свое
    Последнее тряпье.
 Хохочут они и горланят,
 И песни поют, и свистят,
 И так по столам барабанят,
 Что стены харчевни дрожат.
 First, neist the fire, in auld red rags,
 Ane sat, weel brac'd wi' mealy bags,
     And knapsack a' in order;
 His doxy lay within his arm;
 Wi' usquebae an' blankets warm
     She blinkit on her sodger;
 An' aye he gies the tozie drab
     The tither skelpin' kiss,
 While she held up her greedy gab,
     Just like an aumous dish;
         Ilk smack still, did crack still,
             Just like a cadger's whip;
         Then staggering an' swaggering
             He roar'd this ditty up —
 У печки в лохмотьях багрового цвета
 Солдат поместился; на нем
 Котомка, набитая хлебом, надета...
 Сидит он, обнявшись, вдвоем
 С своею любезной красоткой.
 Согретая платьем и водкой,
 С воителя глаз не спускает она
 И, жадно оскаливши зубы,
 Без устали грязные губы
 Дружку подставляет, как чарку вина.
 И в щеки, и в губы дружок
 Без устали барышню - чмок!
 И звучны, как хлопанье плети,
 Веселые чмоканья эти.
    И вот они милуются,
    Горланят и целуются,
    И песню наконец
    Орет наш молодец:

Air
Tune – “Soldiers’ Joy.”

Песня

 I am a son of Mars who have been in many wars,
     And show my cuts and scars wherever I come;
 This here was for a wench, and that other in a trench,
     When welcoming the French at the sound of the drum.
         Lal de daudle, &c.
 Марс меня на свет родил, я в сраженьях многих был;
 Вот, смотрите, шрам большой, вот царапина и рана!
 Шрам врубила баба мне, рану добыл в той резне,
 Где солдат французских я встретил звуком барабана:
         Трам-трам-трам,
         Трам-трам-трам,
         Тарарарарам!
 My 'prenticeship I past where my leader breath'd his last,
     When the bloody die was cast on the heights of Abram:
 and I served out my trade when the gallant game was play'd,
     And the Morro low was laid at the sound of the drum.
 В первый раз я под ружьем был в кровавом деле том,
 Где упал мой генерал у Абрамского кургана*;
 Кончил службу я свою в том чудеснейшем бою,
 Где Моро** снесли совсем мы при звуках барабана:
         Трам-трам-трам и пр.
 [* Абрамский курган, возле Квебека - место,
    где пал в сражении в 1759 г. генерал Вольф.]
 [** Моро - крепость, взятая штурмом в 1762 г.]
 I lastly was with Curtis among the floating batt'ries,
     And there I left for witness an arm and a limb;
 Yet let my country need me, with Elliot to head me,
     I'd clatter on my stumps at the sound of a drum.
 Был я с Куртисом, ей-ей, у плавучих батарей,
 Без руки и без ноги вышел я из вражья стана;
 Но опять страна зовет - и повел нас Эллиот,
 И опять заковылял я под звуки барабана:
         Трам-трам-трам и пр.
 And now tho' I must beg, with a wooden arm and leg,
     And many a tatter'd rag hanging over my bum,
 I'm as happy with my wallet, my bottle, and my callet,
     As when I used in scarlet to follow a drum.
 Нынче шляюсь по земле, без руки, на костыле,
 Весь в лохмотьях и грязи; но с пустым своим карманом,
 С чаркой, с девочкой моей, так же счастлив я, ей-ей,
 Как в те дни, когда ходил, весь в шитье, за барабаном.
         Трам-трам-трам и пр.
 What tho' with hoary locks, I must stand the winter shocks,
     Beneath the woods and rocks oftentimes for a home,
 When the t'other bag I sell, and the t'other bottle tell,
     I could meet a troop of hell, at the sound of a drum.
 Хоть метель и ветер злой хлещут белый волос мой,
 Хоть приют мой часто - лес иль широкая поляна,
 Но когда, продав тряпья, выпью добрый штофик я, -
 Не боюсь, хоть целый ад встань при звуках барабана!
         Трам-трам-трам,
         Трам-трам-трам,
         Тарарарарам!

Recitativo

Речитатив

 He ended; and the kebars sheuk,
     Aboon the chorus roar;
 While frighted rattons backward leuk,
     An' seek the benmost bore:
 A fairy fiddler frae the neuk,
     He skirl'd out, encore!
 But up arose the martial chuck,
     An' laid the loud uproar.
 Он кончил, и стены трясутся -
 Так воет неистово хор, -
 И прячутся крысы в испуге
 В углы потаенные нор.
 "Encore!" из угла восклицает
 Скрипач - молодчина, - и вот
 Подруга воителя живо
 Вскочила, и песню поет.

Air
Tune – “Soldier laddie.”

Песня

 I once was a maid, tho' I cannot tell when,
 And still my delight is in proper young men;
 Some one of a troop of dragoons was my daddie,
 No wonder I'm fond of a sodger laddie,
     Sing, lal de lal, &c.
 Я была когда-то девой, а когда - уж и сама
 Позабыла; от красавцев и теперь схожу с ума.
 Родилась я в батальоне, был драгуном мой отец, -
 Что ж за диво, если дорог мне солдатик-молодец?
         Тра-ла-ла, тра-ла-ла,
         Ох, солдатик-молодец!
 The first of my loves was a swaggering blade,
 To rattle the thundering drum was his trade;
 His leg was so tight, and his cheek was so ruddy,
 Transported I was with my sodger laddie.
 Первый мой дружок сердечный весельчак-мужчина был,
 Он тогда в полку драгунском барабанщиком служил;
 Щеки красные такие, ножка стройная... В конец
 Свел меня с ума мой милый, мой солдатик-молодец.
 (Хор). Тра-ла-ла, тр-ла-ла и гр.
 But the godly old chaplain left him in the lurch;
 The sword I forsook for the sake of the church:
 He ventur'd the soul, and I risked the body,
 'Twas then I proved false to my sodger laddie.
 Но сменил солдата скоро добрый пастырь старичок,
 И на рясу променяла я военный тесачок;
 Телом я рискнула, душу в ход пустил святой отец -
 И обманутым остался мой солдатик - молодец.
 (Хор). Тра-ла-ла, тра-ла-ла и пр.
 Full soon I grew sick of my sanctified sot,
 The regiment at large for a husband I got;
 From the gilded spontoon to the fife I was ready,
 I asked no more but a sodger laddie.
 Долго, впрочем, быть со мною не пришлось и старику;
 Надоел он - и пошла я в жены к целому полку.
 Барабанщик ли, трубач ли, старый воин, иль птенец, -
 Всем служила - лишь бы только был солдатик - молодец!
 (Хор). Тра-ла-ла, тра-ла-ла и пр.
 But the peace it reduc'd me to beg in despair,
 Till I met old boy in a Cunningham fair,
 His rags regimental, they flutter'd so gaudy,
 My heart it rejoic'd at a sodger laddie.
 Но война сменилась миром, - тут я по миру пошла
 И на рынке, побираясь, парня этого нашла.
 В полковых своих лохмотьях красовался удалец...
 Ах, как по сердцу пришелся мне солдатик-молодец!
 (Хор). Тра-ла-ла, тра-ла-ла и пр.
 And now I have liv'd—I know not how long,
 And still I can join in a cup and a song;
 But whilst with both hands I can hold the glass steady,
 Here's to thee, my hero, my sodger laddie.
 Пожила я - много ль, мало ль, и сама не знаю я;
 Для меня отрада - песня или чарочка моя,
 И пока держать ту чарку силу мне дает Творец,
 Пью из ней твое здоровье, мой солдатик-молодец!
 (Хор). Тра-ла-ла, тра-ла-ла,
             Ох, солдатик-молодец!

Recitativo

Речитатив

 Poor Merry-Andrew, in the neuk,
     Sat guzzling wi' a tinkler-hizzie;
 They mind't na wha the chorus teuk,
     Between themselves they were sae busy:
 At length, wi' drink an' courting dizzy,
     He stoiter'd up an' made a face;
 Then turn'd an' laid a smack on Grizzie,
     Syne tun'd his pipes wi' grave grimace.
 С девчонкой шут Андрю сидел
 В углу; их мало занимало
 Все то, что хор певцов ревел;
 У них и своего не мало.
 Но, наконец, он пить устал,
 Устал точить с красоткой лясы;
 И вот он с места быстро встал
 И, скорчив две смешных гримасы,
 Девчонку чмокнул, подтолкнув
 И с важной рожей затянул:

Air
Tune – “Auld Sir Symon.”

Песня

 Sir Wisdom's a fool when he's fou;
     Sir Knave is a fool in a session;
 He's there but a 'prentice I trow,
     But I am a fool by profession.
 Мудрость в пьяном виде - дура,
 Плут - дурак перед судом,
 А меня сама натура
 Сотворила дураком.
 My grannie she bought me a beuk,
     An' I held awa to the school;
 I fear I my talent misteuk,
     But what will ye hae of a fool?
 Бабка мне купила книжку;
 Но учение никак
 Не могло развить мальчишку:
 По природе я дурак.
 For drink I would venture my neck;
     A hizzie's the half of my craft;
 But what could ye other expect
     Of ane that's avowedly daft?
 За вино рискну я шеей,
 С бабой жизнь моя легка...
 Да чего и ждать умнее
 От такого дурака?
 I ance was tied up like a stirk,
     For civilly swearing and quaffin;
 I ance was abus'd i' the kirk,
     For towsing a lass i' my daffin.
 За кутеж, как поросенок,
 Я однажды связан был,
 А священник за девчонок
 Покаянье наложил.
 Poor Andrew that tumbles for sport,
     Let naebody name wi' a jeer;
 There's even, I'm tauld, i' the Court
     A tumbler ca'd the Premier.
 Надо мной не смейтесь строго:
 Ради шутки я таков;
 А у нас в палате много
 И серьёзных дураков.
 Observ'd ye yon reverend lad
     Mak faces to tickle the mob;
 He rails at our mountebank squad, —
     It's rivalship just i' the job.
 А пастор наш? поучает
 С важной рожею такой;
 Нас, шутов, корит, ругает -
 Все из зависти одной.
 And now my conclusion I'll tell,
     For faith I'm confoundedly dry;
 The chiel that's a fool for himsel',
     Guid Lord! he's far dafter than I.
 Ну, чтоб кончить все прилично -
 Выпить хочется скорей,
 Глупый для себя лишь лично,
 Во сто раз меня глупей.

Recitativo

Речитатив

 Then niest outspak a raucle carlin,
 Wha kent fu' weel to cleek the sterlin;
 For mony a pursie she had hooked,
 An' had in mony a well been douked;
 Her love had been a Highland laddie,
 But weary fa' the waefu' woodie!
 Wi' sighs an' sobs she thus began
 To wail her braw John Highlandman.
 Вслед за шутом старуха встала.
 Она отлично понимала,
 Как очищают кошельки;
 Узнала в деле все приемы
 И были ей в лесах знакомы
 Дорожки все и уголки.
 Ей дружок был горец бравый.
 Но он нашел конец кровавый:
 Палач, увы! казнил его!...
 И вот, в слезах, вздыхая глухо,
 Запела песенку старуха
 Про Джона, горца своего:

Air
Tune – “O, an ye were dead, Guidman.”

Песня

 A Highland lad my love was born,
 The Lalland laws he held in scorn;
 But he still was faithfu' to his clan,
 My gallant, braw John Highlandman.
 Мой милый был горец и горцем рожден;
 Смотрел на законы с презрением он,
 Но клану родному был предан душой,
 Мой Джон ненаглядный, мой горец лихой!
 Chorus - Sing hey my braw John Highlandman!
                Sing ho my braw John Highlandman!
                There's not a lad in a' the lan'
                Was match for my John Highlandman.
  (Хор). Пойте про храброго Джона!
              Пойте про храброго Джона!
              Нет на земле человека
              Доблестней храброго Джона!
 With his philibeg an' tartan plaid,
 An' guid claymore down by his side,
 The ladies' hearts he did trepan,
 My gallant, braw John Highlandman.
         Sing hey, &c.
 В тартановом пледе, с стальным кушаком,
 Всегда опоясанный добрым мечом,
 Всех женщин на свете пленял он собой,
 Мой Джон ненаглядный, мой горец лихой!
  (Хор). Пойте про храброго Джона и пр.
 We ranged a' from Tweed to Spey,
 An' liv'd like lords an' ladies gay;
 For a Lalland face he feared none,—
 My gallant, braw John Highlandman.
         Sing hey, &c.
 Мы жили, кочуя от Твида до Спей,
 Как лордам и леди не жить веселея;
 С врагами боязни не знал никакой
 Мой Джон ненаглядный, мой горец лихой!
  (Хор). Пойте про храброго Джона и пр.
 They banish'd him beyond the sea.
 But ere the bud was on the tree,
 Adown my cheeks the pearls ran,
 Embracing my John Highlandman.
         Sing hey, &c.
 Изгнали его из родимой земли!
 Но прежде, чем снова цветы зацвели,
 Я плакала сладко: был снова со мной
 Мой Джон ненаглядный, мой горец лихой!
  (Хор). Пойте про храброго Джона и пр.
 But, och! they catch'd him at the last,
 And bound him in a dungeon fast:
 My curse upon them every one,
 They've hang'd my braw John Highlandman!
         Sing hey, &c.
 Но, горе! недолго гулялось ему:
 Связали его, посадили в тюрьму...
 Будь прокляты, чьею повешен рукой
 Мой Джон ненаглядный, мой горец лихой!
  (Хор). Пойте про храброго Джона и пр.
 And now a widow, I must mourn
 The pleasures that will ne'er return:
 The comfort but a hearty can,
 When I think on John Highlandman.
         Sing hey, &c.
 Теперь я вдовою должна горевать,
 Что радостей прежних уж мне не видать,
 И грусть разгоняю я чаркой одной...
 Мой Джон ненаглядный, мой горец лихой!
  (Хор). Пойте про храброго Джона,
              Пойте про храброго Джона!
              Нет на земле человека
              Доблестней храброго Джона!

Recitativo

Речитатив

 A pigmy scraper wi' his fiddle,
 Wha us'd at trystes an' fairs to driddle.
 Her strappin limb and gausy middle
     (He reach'd nae higher)
 Had hol'd his heartie like a riddle,
     An' blawn't on fire.
      За ней встает скрипач-мозгляк -
 Утеха пьяниц и гуляк.
 Высокий рост подруги Джона -
 (Он ей чуть-чуть не до колен)
 И толщина забрали в плен
 Сердчишко карлы - Аполлона.
      Уж очень кровью был горяч
          Скрипач.
 Wi' hand on hainch, and upward e'e,
 He croon'd his gamut, one, two, three,
 Then in an arioso key,
     The wee Apoll
 Set off wi' allegretto glee
     His giga solo.
      Схвативши скрипку молодцом
 И браво оглядясь кругом,
 Сначала взял аккорд бравурный,
 Продернул ловко гамму он
 И, перейдя в минорный тон,
 Наш Аполлон миниатюрный
      Запел со скрипочкой в каданс
           Романс.

Air
Tune – “Whistle o’er the lave o’t.”

Песня

 Let me ryke up to dight that tear,
 An' go wi' me an' be my dear;
 An' then your every care an' fear
     May whistle owre the lave o't.
 Позволь мне слезы все стереть с твоих очей,
 Пойди за мной во след, будь милою моей;
 Тогда не будешь знать ни страха, ни скорбей,
     И, плюй себе на все!
 Chorus - I am a fiddler to my trade,
                An' a' the tunes that e'er I played,
                The sweetest still to wife or maid,
                    Was whistle owre the lave o't.
  (Хор). Скрипач - профессия моя;
              Играю много песен я,
              И всех приятней для бабья
              Романс: "Плевать на все!"
 At kirns an' weddins we'se be there,
 An' O sae nicely's we will fare!
 We'll bowse about till Daddie Care
     Sing whistle owre the lave o't.
         I am, &c.
 По свадьбам будем мы ходить с тобой вдвоем,
 И ух! как весело, как славно заживем!
 Забота-мачиха стучись, пожалуй, в дом,
     Нам наплевать на все!
  (Хор). Скрипач - профессия моя, и пр.
 Sae merrily's the banes we'll pyke,
 An' sun oursel's about the dyke;
 An' at our leisure, when ye like,
     We'll whistle owre the lave o't.
         I am, &c.
 Без горя, без нужды, довольные судьбой,
 Все будем греться мы на солнышке с тобой;
 С пустым карманом ли, с набитою ль сумой -
     Нам наплевать на все!
  (Хор). Скрипач - профессия моя и проч.
 But bless me wi' your heav'n o' charms,
 An' while I kittle hair on thairms,
 Hunger, cauld, an' a' sic harms,
     May whistle owre the lave o't.
         I am, &c.
 Ты только красотой небесною своей
 Меня благослови - и тысячи чертей,
 И голод, и мороз, не страшны мне, ей-ей,-
     Наплюю я на все!
  (Хор). Скрипач - профессия моя,
              Играю много песен я,
              И всех приятней для бабья
              Романс: "Плевать на все!"

Recitativo

Речитатив

 Her charms had struck a sturdy caird,
     As weel as poor gut-scraper;
 He taks the fiddler by the beard,
     An' draws a roosty rapier—
 He swoor, by a' was swearing worth,
     To speet him like a pliver,
 Unless he would from that time forth
     Relinquish her for ever.
 Он окончил, но старухи красотой
 Вдруг кузнец пленился дюжий и лихой;
 Налетел с своей рапирой сгоряча
 И за бороду схватил он скрипача.

 И ругается, и клятвы он дает,
 Что рапирою насквозь его проткнет,
 Если он от ней, оставя всякий спор,
 Не откажется навеки с этих пор.
 Wi' ghastly e'e poor tweedle-dee
     Upon his hunkers bended,
 An' pray'd for grace wi' ruefu' face,
     An' so the quarrel ended.
 But tho' his little heart did grieve
     When round the tinkler prest her,
 He feign'd to snirtle in his sleeve,
     When thus the caird address'd her:
 Помертвел совсем от страха Аполлон
 И трясется весь, как в лихорадке он,
 И пощады просит с жалобным лицом...
 Так вся ссора их и кончилась на том.

 Но, хотя в сердчишке виртуоз страдал,
 Глядя, как кузнец красотку обнимал,-
 Сделал вид, однако, что повеселел,
 Слушая, как песню ей кузнец запел:

Air
Tune – “Clout the Cauldron.”

Песня

 My bonie lass, I work in brass,
     A tinkler is my station:
 I've travell'd round all Christian ground
     In this my occupation;
 I've taen the gold, an' been enrolled
     In many a noble squadron;
 But vain they search'd when off I march'd
     To go an' clout the cauldron.
 I've taen the gold, &c.
 Красавица моя, кую железо я,
      По ремеслу - кузнец;
 И в этом ремесле прошел по всей земле
      Я из конца в конец.
 Я часто деньги брал и в полк за них вступал;
      Но через два, три дня,
 Как деньги получу, сейчас же укачу,
      Ищи потом меня!
     (Хор). Я часто деньги брал, и пр.
 Despise that shrimp, that wither'd imp,
     With a' his noise an' cap'rin;
 An' take a share with those that bear
     The budget and the apron!
 And by that stowp! my faith an' houp,
     And by that dear Kilbaigie,*
 If e'er ye want, or meet wi' scant,
     May I ne'er weet my craigie.
 And by that stowp, &c.

 [* A peculiar sort of whisky so called, a great
    favorite with Poosie Nansie's clubs. — R.B.]
 О, дева-красота! брось этого шута
      С кривляньями его!
 Железо кто кует, пусть другом станет тот
      Для сердца твоего!
 Вот этой кружкой я клянусь, душа моя, -
      Коли хоть раз со мной
 Ты будешь голодна иль водки лишена,-
      Язык иссохни мой!
                  (Хор повторяет последние четыре стиха).
 
 
  
  

Recitativo

Речитатив

 The caird prevail'd—th' unblushing fair
     In his embraces sunk;
 Partly wi' love o'ercome sae sair,
     An' partly she was drunk:
 Sir Violino, with an air
     That show'd a man o' spunk,
 Wish'd unison between the pair,
     An' made the bottle clunk
         To their health that night.
 Кузнец победил - и упала
 В объятья старуха-красотка;
 Отчасти любовь в ней играла,
 Отчасти распарила водка.
 Скрипач, подмигнув остроумно,
 Согласья и мира желает
 Обнявшейся паре, и шумно
 Он кружку свою осушает
      Во здравье их на ночь!
 But hurchin Cupid shot a shaft,
     That play'd a dame a shavie —
 The fiddler rak'd her, fore and aft,
     Behint the chicken cavie.
 Her lord, a wight of Homer's craft,*
     Tho' limpin wi' the spavie,
 He hirpl'd up, an' lap like daft,
     An' shor'd them Dainty Davie.
         O' boot that night.
 
 [* Homer is allowed to be the
    oldest ballad-singer on record. — R.B.]
 Тут крошка - Амур разыгрался;
 Метнул он стрелою своею, -
 К замужней скрипач подобрался
 И начал амурничать с нею.
 Супруг, собеседник Гомера,
 Заметил - и грозною дланью
 Жену и ее кавалера
 Развел он и крупною бранью
      Их выругал на ночь!
      


 
 He was a care-defying blade
     As ever Bacchus listed!
 Tho' Fortune sair upon him laid,
     His heart, she ever miss'd it.
 He had no wish but—to be glad,
     Nor want but—when he thirsted;
 He hated nought but—to be sad,
     An' thus the muse suggested
         His sang that night.
 Он - парень из самых веселых,
 Какие встречались едва ли
 И Вакху; в несчастьях тяжелых
 Не знал он малейшей печали.
 Желал одного - веселиться.
 Томился - лишь жаждою вечной,
 Одно ненавидел - крушиться.
 И вот, вдохновенный, беспечно
      Запел он здесь на ночь:

Air
Tune – “For a’ that, an’ a’ that.”

Песня

 I am a Bard of no regard,
     Wi' gentle folks an' a' that;
 But Homer-like, the glowrin byke,
     Frae town to town I draw that.
 Певец не хитрый я, и песенка моя
 В презреньи у вельмож и прочего такого;
 Но пчелы вслед за мной везде летят толпой,
 Как мчались по следам Гомера дорогого.
 Chorus - For a' that, an' a' that,
                    An' twice as muckle's a' that;
                I've lost but ane, I've twa behin',
                    I've wife eneugh for a' that.
   (Хор). Из-за этого, того,
               Ну, и прочего всего,
               Потерял одну я;
               Двух успел я сохранить,
               Недостатка, стало-быть,
               В бабах не найду я
               Для того и для сего
               И для прочего всего.
 I never drank the Muses' stank,
     Castalia's burn, an' a' that;
 But there it streams an' richly reams,
     My Helicon I ca' that.
         For a' that, &c.
 Не знал я никогда, что значит Муз вода,
 Кастальские ключи и прочее такое;
 Но мой источник весь, кипя, струится здесь,
 Парнаса моего здесь место дорогое.
   (Хор). Из-за этого, того, и пр.
 Great love Idbear to a' the fair,
     Their humble slave an' a' that;
 But lordly will, I hold it still
     A mortal sin to thraw that.
         For a' that, &c.
 К красавицам я слаб; как неизменный раб,
 Я чту их прелести и прочее такое.
 Но долг священный мой - и Богу быть слугой;
 Ослушаться Его - и грех и зло большое.
   (Хор). Из-за этого, того, и пр.
 In raptures sweet, this hour we meet,
     Wi' mutual love an' a' that;
 But for how lang the flie may stang,
     Let inclination law that.
         For a' that, &c.
 Свиданья сладкий час! как ты чаруешь нас
 Восторгами любви и прочего такого!
 Но сколько дней любовь взаимно греет кровь ?
 Решают склонности того или другого.
   (Хор). Из-за этого, того, и пр.
 Their tricks an' craft hae put me daft,
     They've taen me in, an' a' that;
 But clear your decks, and here's—"The Sex!"
     I like the jads for a' that. 
 Chorus - For a' that, an' a' that,
                    An' twice as muckle's a' that;
                My dearest bluid, to do them guid,
                    They're welcome till't for a' that.
 Ах, часто, часто как вводили нас впросак
 Их шутки ловкие и прочее такое!
 Но дайте лишь вина - и баба поймана!
 Люблю я их за то, за се и за другое!
   (Хор). Из-за этого, того,
               Ну, и прочего всего
               Потерял одну я;
               Двух успел я сохранить,
               Недостатка, стало быть,
                  В бабах не найду я
                     Для того и для сего,
                     И для прочего всего!

Recitativo

Речитатив

 So sang the bard – and Nansie's wa's
 Shook with a thunder of applause,
     Re-echo'd from each mouth!
 They toom'd their pocks, they pawn'd their duds,
 They scarcely left to co'er their fuds,
     To quench their lowin drouth:
 Then owre again, the jovial thrang
     The poet did request
 To lowse his pack an' wale a sang,
     A ballad o' the best;
         He rising, rejoicing,
             Between his twa Deborahs,
         Looks round him, an' found them
             Impatient for the chorus.
 Так пел певец - и стены дома
 Тряслись от бешеного грома
 Аплодисментов сотни рук;
 Неистово им вторят глотки -
 И, чтоб добыть побольше водки,
 Один снимает свой сюртук,
 Тот очищает все карманы,
 Другой разделся дочиста...
 Сквозит повсюду нагота,
 Но все зато мертвецки пьяны.
      И вот они к певцу опять
      Все стали шумно приставать,
      Чтоб угостил он их скорей.
      Отборной песенкой своей.
      Он стал меж двух своих Дебор,
      Обвел кругом веселый взор,
      Кудрями весело тряхнул
         И затянул:

Air
Tune – “Jolly Mortals, fill your Glasses.”

Песня

 See the smoking bowl before us,
     Mark our jovial ragged ring!
 Round and round take up the chorus,
     And in raptures let us sing —
 Кипят, шумят пред нами чаши,
 У нищей братьи пир горой;
 Раскройте ж дружно глотки ваши
 И пойте весело за мной:
 Chorus - A fig for those by law protected!
                    Liberty's a glorious feast!
                Courts for cowards were erected,
                    Churches built to please the priest.
      Прочь все, кому закон по вкусу!
      Свобода - светлый праздник нами
      Суды приятны только трусу,
      Монастыри - одним ханжам!
                     (Хор повторяет эти четыре стиха).
 What is title, what is treasure,
     What is reputation's care?
 If we lead a life of pleasure,
     'Tis no matter how or where!
         A fig for, &c.
 Богатство, почести, титулы -
 Для нас все это пустяки,
 Нам лишь бы дружние загулы -
 И все забудут голяки!
  (Хор). Прочь все, кому закон по вкусу, и пр.
 With the ready trick and fable,
     Round we wander all the day;
 And at night in barn or stable,
     Hug our doxies on the hay.
         A fig for, &c.
 Весь день мы по свету шныряем,
 И надуваем, и хитрим,
 А ночь, на сене, под сараем
 Иль в стойлах с милыми лежим.
  (Хор). Прочь все, кому закон по вкусу, и пр.
 Does the train-attended carriage
     Thro' the country lighter rove?
 Does the sober bed of marriage
     Witness brighter scenes of love?
         A fig for, &c.
 Конями быстрыми вельможе
 В карете нас не обогнать;
 На благонравном брачном ложе
 Восторгов нам не занимать!
  (Хор). Прочь все, кому закон по вкусу и пр.
 Life is al a variorum,
     We regard not how it goes;
 Let them cant about decorum,
     Who have character to lose.
         A fig for, &c.
 Пусть жизнь бежит водоворотом -
 Мы чужды этой суеты;
 Пусть тот стремится за почетом,
 Кто может рухнуть с высоты.
  (Хор). Прочь все, кому закон по вкусу, и пр.
 Here's to budgets, bags and wallets!
     Here's to all the wandering train.
 Here's our ragged brats and callets,
     One and all cry out, Amen!

 Chorus - A fig for those by law protected!
                    Liberty's a glorious feast!
                Courts for cowards were erected,
                    Churches built to please the priest.
 Кричите ж все, поднявши кружки:
 Виват - котомки, кошельки,
 Тряпье, лохмотья, наши души
 И мы, бродяги-голяки!
 
  (Хор). Прочь все, кому закон по вкусу!
              Свобода - светлый праздник нам!
              Суды приятны только трусу,
              Монастыри - одним ханжам!
Переводчик: 
Вейнберг Пётр Исаевич

Поиск по сайту